«Детский досуг летом с пользой». Протоиерей Алексей Яковлев

Радио «Вера» представляет (эфир от 19.07.2025)

19.07.2025 гостем программы «Пайдейя» был настоятель храма преподобного Серафима Саровского в Раеве протоиерей Алексей Яковлев, руководитель волонтерского проекта по сохранению деревянных храмов Севера «Общее дело» , в котором на протяжении многих лет принимают участие некоторые учащиеся и сотрудники Свято-Димитриевской школы.

Разговор был посвящен тому, как организовать летом интересный и полезный досуг для детей, как это можно сделать при местном храме, или, например, библиотеке, какие в этом направлении существуют наработки и как их можно получить.

Ведущая программы: Наталия Лангаммер

— Дорогие друзья, в эфире программа «Пайдея». Добрый вечер, меня зовут Наталья Лангамер. «Пайдея» – этим красивым словом греки называли целостный процесс образования и воспитания.

О том, как образование может помочь человеку на пути к достижению идеала и раскрытию образа Бога, мы будем сегодня говорить. И напомню, что беседы мы организуем совместно с образовательным проектом «Клевер-лаборатория», который объединяет учителей, руководителей школ и детских садов, родителей и всех тех, кто работает с детьми и занимается их духовно-нравственным развитием.

Сегодня у нас в гостях руководитель проекта по сохранению деревянных храмов Русского Севера «Общее дело», настоятель Московского храма преподобного Серафима Саровского в Раеве, протоиерей Алексей Яковлев. Добрый вечер, отец Алексей.

— Здравствуйте, дорогие друзья.

— Мы знаем вас по вот этим замечательным разговорам о Русском Севере, но сегодня у нас тема образования и проектов. Расскажите сами подробнее, чтобы я ничего не с той стороны не подала.

— Каждый год деревни нашего Отечества наполняются детьми. Родители привозят к бабушкам, дедушкам своих чад и оставляют их. И для детей это огромное пространство, это огромное количество свободного времени, это огромная радость быть на природе, на свободе. И через совсем короткий промежуток времени дети начинают скучать по некой организации, потому что вот она была свобода, а дальше-то что?

И дети, возможно, объединяются, но нет тех взрослых, которые бы занимались детьми. Дети в наших деревнях, как правило, брошены.

— Это во всех деревнях или мы только сейчас про север говорим?

— Мы говорим вообще про общую ситуацию в стране. Если раньше, в советские годы, когда-то очень давно, например, для того, чтобы поступить в институт, нужно было летом организовывать занятия с детьми. Это специальным образом фиксировалось, и это было бонусом при поступлении. Так вот, например, было в детстве у моей мамы. Но сейчас дети, которых привозят, они общаются между собой на уровне того, кто в какие игрушки играет и так далее. И шатаются по деревне с совершенным бездельем, а безделье, как известно, ничего хорошего не рождает. И вот позаботиться об этих детях, сделать так, чтобы их летний отдых стал бы тем, что принёс бы пользу для их душ. Это задача, как мне кажется, каждого русского интеллигентного человека.

— Но мы читали какие-то, помните, у нас были списки литературы, мы за лето должны были прочитать. А вы сейчас говорите об общеобразовательной программе или о духовном развитии, духовном образовании?

— Я говорю о том, что вообще сейчас самый большой дефицит у наших детей – это взрослые. Потому что проще всего родителям, чтобы ребёнок к ним не приставал, дать ему в руки смартфон, и всё, и ребёнка нет, он может заниматься своими делами. И во всех населённых пунктах, я думаю, что за редким исключением, дети именно жаждут общения со взрослыми, но взрослым не до них. И вот найти в себе силы, найти в своём расписании время для того, чтобы послужить этим детям, для того, чтобы сделать что-то полезное для Отечества, чтобы сделать что-то полезное для своей души. Вот это вот задача каждого, на мой взгляд, русского человека. Потому что, вы знаете, наш проект занимается сохранением деревянных храмов на русском севере. И за 18 лет мы провели более 600 экспедиций и в 192 храмах провели противоаварийные консервационные работы.

— Вы говорили, это одна четверть того, что есть необходимо отреставрировать? Или больше уже?

— Это фактически одна четверть из того, что нужно сделать. И это фактически просто сохранить эти храмы до момента, когда начнётся реставрация.

И вот когда мы говорим об этих храмах, то кажется, что это как бы и бессмысленно, и это невозможно. А когда люди начинают что-то делать для этих храмов, когда храмы преображаются, то и местные жители, и приезжающие, они понимают, насколько это было прекрасно и насколько это хорошо. Как это вообще правильно. И, как говорил отец Дмитрий Смирнов: событие экспедиции, возможно, будет самым лучшим событием не только года, но потом будет освещать и всю оставшуюся жизнь. И для местных людей, приезд людей из городов, которые занимаются сохранением, казалось бы, какой-то рухляди, про которую все забыли, для них это тоже огромное событие. Они понимают, что они не брошены, и они понимают, что у них есть святыня.

И дальше, когда наши добровольцы уезжают, местные жители продолжают уже сохранять свой храм или часовню. Мы общаемся, периодически они в гости к нам приезжают, и мы иногда тоже там бываем. И всё становится совсем по-другому. И вот, глядя на наш проект, кажется, что это было бы невозможно. Но вот точно так же кажется невозможным, чтобы люди в свой отпуск, в своё свободное время, совершенно законное время, сделали бы что-нибудь по-настоящему подвижническое.

— То есть по тому же принципу собираются люди, приезжают в какую-то деревню, и там что-то делают?

— Нет.

— А как?

— А принцип другой. Не то, что люди приезжают в деревню, хотя и такое тоже вот в рамках нашего проекта существует. А те люди, которые живут в деревне, понимают ответственность за судьбу деревни, за судьбу этих молодых людей. Они понимают, что без их участия в жизни, в воспитании этих детей, ничего хорошего впереди не предвидится.

— Как они это понимают? Они же сейчас живут и живут. Вы им расскажете, приедете или как?

— А вот мы с вами об этом как раз и рассказываем. Вот пример моей супруги. Она замечательный художник, превосходно закончившая и художественные лицеи, и Академию живописи, ваяния и зодчества. И она в воскресные дни и во все праздничные дни, будучи художником, то есть человеком не тем, который работает на публику, которому приятно общение с людьми, а будучи художником, она, понимая ответственность за жизнь деревни, она каждое воскресенье и праздники организовывает богослужение мирским чином по благословению настоятеля, благочинного, в храмах деревни.

Это непросто ей, но она понимает, что так должно быть, без этого никак нельзя. И вот каждое воскресенье читается канон воскресенью, акафист в честь святителя Николая, в честь которого был построен наш храм, и это её служение. Точно так же, когда, например, умирает кто-то в деревне, мирским чином она читает литию. И это вопреки её природе. Это она делает не потому, что она этого хочет, а потому что понимает, что так, только так можно поступать. И вот каждый педагог, каждый образованный человек, он должен тоже понимать, что если он получил эти знания, если он обладает неким сокровищем, своим опытом, он обязательно должен этим поделиться, послужить. Да, он должен послужить Богу, Отечеству и этим детям, и своей деревне. То есть он должен послужить. И вот сейчас времена судьбоносные для нашей страны.

Вы знаете, что сейчас я сегодня познакомился с термином «зумер», поколение зумеров. Это поколение, оказывается, которое уже не мыслит жизнь без планшета. Они родились, когда они были, и им, этим людям, очень нужны мы, люди, которые старше, со своим опытом, со своими какими-то выводами из жизни, с какими-то добрыми советами. И так наши дети в деревнях больше всего нуждаются во взрослом.

— Как это организовать реально? Вот, допустим, сейчас нас услышали какие-то люди, которые хотят поучаствовать. Ну, во-первых, если честно, отец Алексей, летом внимание взрослых, нужно ли так здорово побегать без них? То есть всё-таки надо заинтересовать сначала детей каким-то занятием. То есть должны собраться и какие-то люди, которые сами организовались, и устроить что-то, мероприятие или как это должно выглядеть?

— Дело в том, что дети побегали, побегали недели две, а дальше они хотят занятий, они хотят быть вместе, они хотят, чтобы их кто-то объединял. Другой вопрос, что никто этим не занимается. А в принципе, можно было бы как раз вот то, чего они хотят, им и дать.

И сделать это можно тремя способами, как я это вижу. Первый способ — это создать летнюю воскресную школу в своей деревне. Для этого можно прийти к настоятелю храма, если храм есть, познакомиться с ним, рассказать о своих компетенциях, рассказать о том, что вы хотите делать, попросить его благословения и молитв.

И в согласованное время можно в храме, может быть, в приходском доме, начать занятия проводить.
Второй способ, если, например, храма нет и ближайший священник за 100 километров, то в таком случае можно позвонить ближайшему священнику, рассказать о том, что вы хотите делать, и дальше идти либо к заведующему клубом, либо к библиотекарю и сказать, что давайте в рамках вашей работы мы вам поможем организовывать занятия с детьми.

И тогда ответственность за то, что проводится, берёт завклубом или библиотекарь, и вы под его эгидой, вот в рамках работы библиотекаря или завклубом, проводите занятия. Это обязательно. Почему? Потому что детям очень нужны взрослые. Раньше во всей истории было так, что были бабушки и дедушки, родители работали, а бабушки и дедушки вместе с детьми чему-то их обучали и так или иначе опыт свой передавали. Потом эта история перестала существовать, потому что не бабушки и дедушки, а школа занималась воспитанием, какие-то кружки, соответственно, преподаватели этих кружков или тренеры в каких-то спортивных секциях. А лето – это время, когда ребёнок сам себе…

— Но бабушки всё равно есть. Может быть, дедушек меньше стало, но бабушки есть.

— В отношении бабушек и дедушек, бабушки, конечно, есть. И их опыт тоже замечательный опыт. Но если раньше бабушки занимались детьми всё время, потому что нужно было жить, нужно было трудиться, то сейчас бабушки могут смотреть сериалы, у них могут быть какие-то свои интересы и так далее.

— Функционал бабушек изменился.

— И в этом плане бабушки – это наше сокровище. Но в то же самое время нужно что-то, что давало бы системные знания ребёнку в течение, например, месяца или полутора, или двух месяцев летом, которые бы продолжались в регулярное время и которые сплачивали бы между собой и детей, и взрослых.

Вот для того, чтобы начать, для этого можно обратиться к тем наработкам, которые мы подготовили на сайте.

— Я напомню, что в эфире программа «Пайдея». Мы сегодня говорим о каком-то внеклассном образовании летом, занятиях с детьми. Меня зовут Наталья Лангамер. В гостях у нас руководитель проекта по сохранению деревянных храмов Русского Севера «Общее дело», настоятель московского храма преподобного Серафима Саровского в Раеве, протоиерей Алексей Яковлев. А как вы к этому пришли, вот к этой идее как-то вдохновлять людей, организовывать вот такие занятия для детишек?

— Дело в том, что это совершенно необходимый процесс в сохранении храмов. Мы с супругой, создавая проект «Общее дело возрождения деревянных храмов Севера», решили, что было бы правильно распределить все храмы на Русском Севере между заинтересованными москвичами, ну или питерцами.

И тогда можно будет не беспокоиться за судьбу этих храмов. И так, слава Богу, и происходит. Приезжает экспедиция, экспедиция трудится в храме, и командир экспедиции, или, может быть, кто-то из участников экспедиции, они говорят, батюшка, да, мы провели консервационные работы, храм перестал разрушаться, а можно мы сделаем там вот то-то и то-то, а можно мы отреставрируем храм? Я говорю, конечно, пожалуйста. Продолжайте. И так, большая часть храмов в нашем проекте консервируется и проводится противоаварийная работа. Но часть храмов реставрируется.

— То есть, людей подключили, они этим загорелись, и пошла работа.

— Да. И командиры говорят: «Батюшка, я вот хотел бы там потрудиться». А с командирами я говорю: хорошо, ты там потрудишься, но ты съездишь еще в одну экспедицию, а потом потрудишься там, где хочешь. Как становятся этими командирами? Ой, командиры – это вообще самое сложное, что есть, потому что командир отвечает и за все работы, и за каждого участника, и за координацию работ, и за инспекции, в частности, через наших архитекторов, и за взаимосвязь с местными жителями. И командир начинает заботиться об экспедиции задолго до того, как она отправляется, а заканчивает заботиться после того, как последний участник экспедиции возвращается домой. И командир – это прямо сокровище нашего проекта, это люди чрезвычайно ответственные и поразительно скромные, чрезвычайно трудолюбивые, очень добрые и очень такие радостные, и ещё раз скажу, тоже удивительно скромные.

— Просто энтузиасты, которые к вам приходят?

— Мы находим командиров из участников экспедиции. То есть, когда человек съездил в несколько экспедиций, и командир говорит, что вот, можно к нему присмотреться. Да, можно было бы его сделать командиром. И дальше мы с человеком общаемся, и уже потом можем доверить ему вот быть тем, кто отвечает за всё, и которого в том числе слушаются, потому что во всех экспедициях нет такого, что кто делает каждый, что думает, а что хочет.

— Всё организовано.

— Только очень строгий порядок, потому что это стройка, потому что это сложные условия. Природные условия – это труд постоянный, и вот благодаря тому, что есть встроенная чёткая организация, получается сделать неимоверно много. Так что даже люди, которые профессионально занимаются строительством, говорят, что если бы нам платили деньги, мы бы не смогли бы сделать столько, сколько мы сделали. То есть вот удивительно эффективно получается.

— И вот из этого родилась идея ещё и заняться детьми, которые там вокруг, да?

— И вот если кто-то не первый год приезжает, то встаёт вопрос о том, что нужно бы и детьми тоже заняться. И мы с супругой так вот, я начал заниматься с детьми, это уже было, наверное, 17 лет назад, проводил воскресные школы, занятия в воскресной школе. И после занятий с детьми мы обязательно что-нибудь делали такое хорошее. Но одно из дел – это то, что мы убирались вокруг храмов, потому что храмы передавались не сразу все. Один храм был просто брошенный, заброшенный. Там мы начали проводить реставрационные работы. А соседний храм огромный был ещё клубом. А рядом ещё стояла колокольня, тоже брошенная. И вот в этой колокольне, когда были проведены первоочередные работы, она стала удобной для того, чтобы молодёжь из рабочего посёлка, недалеко находящегося от нашей деревни, приезжала, пила бы там. И, в общем-то, окурков, пустых бутылок, всякой дряни было всегда достаточно много. Хотя это уже была колокольня, в которой начались работы.

И, знаете, когда однажды я приехал в отпуск и пришёл к Александру Порфирьевичу, который как раз вот местный житель начал первую работу, я ему стал помогать, и дальше родился уже наш проект. Он говорит: “Отец Алексей, работа для тебя есть, всё там поброшено, надо идти тебе всё прибирать”. И мне стало так противно на душе, думаю, вот я приезжаю в свой отпуск для того, чтобы всю эту гадость, пакость убирать. И я иду в свой… Только-только вот я приехал, поздоровался с Александром Порфирьевичем, иду к себе в домик. Меня догоняют дети и говорят: «Батюшка, батюшка,  мы будем убираться?” Мы уже, говорят, пакеты нашли, у нас только перчаток нет. Вот так вот. И так вот часа за полтора все вместе мы всё дружно это прибрали. И у детей уже за лето предыдущее, у них уже сформировался навык. А теперь уже никто никогда как бы не смеет это сквернить как-то колокольню и так далее. То есть всё становится на свои места.

И таким образом заботиться о детях – это очень важно. Очень важно сеять в них разумное, доброе, вечное, знакомить их с верой, потому что то, что мы с вами посеем, мы не знаем, когда взойдёт, как проявится в жизни человека, но это задача каждого из образованных людей.

— А вы их привлекаете к работам, которые вы делаете?

— Дети, конечно. Вот сегодня, например, дети убирали сено, покосили вокруг детской площадки, и после занятий с педагогом дети, попив чай, пошли трудиться. Обязательно, преобязательно дети во всём участвуют. Это вообще для детей очень здорово. Вместе работать.

— Дело какое-то, конечно.

— Да, и вместе видеть результаты от своего труда. Итак, преподобный Серафим Саровский говорил одному семинаристу: «Сей, чадо, сей данную тебе пшеницу». То есть вот Слово Божие, знание, которое ты получил: «Сей и на камне, и при дороге, сей и в тернии. Глядишь где-нибудь, да прозябнет», то есть взойдёт. И вот задача людей образованных, которые могут что-то рассказать, их задача послужить Богу, послужить Отечеству и сделать системно какие-то занятия, вот в своём населённом пункте для желающих детей.

— Сколько у вас уже этот проект продолжается? Есть какие-то плоды уже, где-то это организовано?

— В рамках нашего проекта мы проводим занятия только в нескольких вот сейчас деревнях. В рамках некоторых из наших экспедиций проводятся занятия с детьми, если это большой населённый пункт, так, чтобы это было системно, и во всех населённых пунктах, где мы трудимся, в этом году мы проводим работы в 44 храмах и часовнях. Такого пока нет. Но если Бог благословит, я думаю, что это можно будет сделать на будущий год. Во всяком случае, сейчас по благословению священноначалия мы разрабатываем именно такой проект всероссийский для того, чтобы те, кто захотел бы, те, кто почувствовал бы своё призвание и ответственность, он мог бы с минимальной потерей времени для подготовки в этом проекте принять участие.

— То есть все-таки сейчас мы призываем просто людей по этой схеме самим инициировать такие занятия, да? Не в рамках проекта, а просто вот мы рассказываем про это, чтобы что-то проросло.

— Сейчас мы и рассказываем, и в то же самое время можно принять участие в проекте. Можно позвонить по телефону нашего проекта, который уже существует. Проект называется «Общее дело – наши дети». Рассказать о том, в каком вы населённом пункте, и мы могли бы помочь и с методическими материалами, и с иллюстративными материалами. Мы могли бы прислать прямо по почте или профинансировать покупку каких-то пособий. То есть мы готовы подключиться и помочь. И те люди, которые будут начинать подобное дело, заниматься им, мы можем отразить на карте и познакомить их между собой.

— Вот это очень важно.

— Да, так чтобы было понятно, что он не один, который делает то, что никому не нужно, а то, что таких, как он, очень-очень много. И по идее, как бы, вот у нас в стране бывало так, что какие-то проекты воодушевляли весь народ. Например, БАМ. То есть это дело, которое именно народ должен сделать, это дело, которое радует народ, которое народ делает народом. И вот в этом плане забота о детях, это тоже дело нашего народа, и в первую очередь образованной его часть.

— Ну вот смотрите, наверняка же сейчас во многих храмах в деревнях есть воскресная школа. То есть что нового в такой ситуации, если уже есть воскресная школа? Может быть, уже с ней как-то взаимодействовать, и можно ли предложить ей что-то дополнительное, если занятия уже идут?

— Дело в том, что, во-первых, не во всех храмах есть воскресные школы, потому что часто бывает так, что нет ресурсов просто у священнослужителей для того, чтобы их создать, и они бы существовали. У священников часто бывает так, что в период лета в деревнях гораздо больше жителей – в 3, в 4, в 5 раз больше. И, соответственно, приезжают люди из городов.

— Снимают дачи, да?

— Да. И вот тут мы можем поговорить о миссионерском служении мирян. Это очень-очень важная тема.

— Тех, кто приезжает, например?

— Да. Почему? Потому что вот патриарх Кирилл неоднократно говорил, что не только те, кто совершает богослужения, являются церковью, но церковью являются все те люди, которые присутствуют в храме. И ответственность – это то, о чём мы тоже должны помнить, просто рядовые прихожане. То есть мы понимаем свои права в церкви, но ведь есть ещё и ответственность. И вот об ответственности тоже очень важно помнить. И если вы можете что-то рассказать детям, если вы можете испечь с ними оладушки. —Да, вот я хотела как раз про примеры поговорить. Это же не только почитать Священное Писание.

— Да, конечно. Если вы можете сделать с ними варенье, если вы можете, как, например, профессиональный тренер по волейболу, научить их правилам волейбола и поиграть с ними в мячик. Если вы вообще что-нибудь можете, а любой человек, в принципе, он что-то может…

— Какими-то компетенциями обладает, да.

— То он должен не стесняться, а он должен подойти к настоятелю храма и сказать: «Батюшка, я могу научить детей играть в волейбол». Я рассказываю, вот у нас есть волейбольная площадка. Стоимость сетки порядка тысячи-полторы тысячи рублей. Стоимость мячика столько же. Ещё нужно покосить траву и поставить столбы, сетку натянуть. Вот и все финансовые вложения.
— И, в принципе, это как раз можно делать всем вместе, как минимум травку покосить. Я напомню, что в эфире программа «Пайдея». Мы сегодня обсуждаем тему образования или подключения вообще к какому-то деланию детей в летний период, когда они отправляются в деревни.

В гостях у нас руководитель проекта по сохранению деревянных храмов Русского Севера «Общее дело», настоятель Московского храма преподобного Серафима Саровского в Раеве, протоиерей Алексей Яковлев.

— Волейбол. Вы рассказывали про волейбол. Что еще? Какие-то примеры?

— Бесконечное количество разных игр, в том числе и русских игр, традиционных русских игр. Можно посмотреть различные примеры на нашем сайте.

— Лапта?

— Ну, в том числе. На сайте общеедело.ру в разделе «Наши дети». Детей можно, с детьми можно вообще заниматься по самым разным направлениям. Вот сегодня в нашей деревне, в нашей, потому что я рассказывал о том, что каждому хорошо было бы заботиться о какой-то деревне, и мы с супругой заботимся о такой деревне.

— Вот это ваша подопечная деревня, да?

— Да, вот сегодня, например, им рассказывали, и они вместе с педагогом писали на бересте.

— Как интересно. А чем писали?

— Ну, соответственно, специальными какими-то палочками, то есть они всё это… Педагог подготовила, я уже в Москве, я не в деревне, я не видел.

— Она далеко, эта деревня?

— Полторы тысячи километров от Москвы.

— Ничего, вы далеко, так заботитесь, да? Да, на берегу Белого моря, вот. И знаете, наша деревня, она замечательна тем, что её даже святейший патриарх посетил.

— Как она называется?

— Она называется Варзагоры. И как раз Александр Порфирьевич Слепинин, вот местный житель, помор, он стал восстанавливать колокольню, когда моя супруга-художник, она с ним познакомилась и рассказала мне о том, что вот дедушка там делает крышу на колокольне. Мы стали ему помогать, и из этого родился проект.

— А она туда поехала писать?

— Она поехала писать, да. То есть она писала мне как священнику, тоже нужно чем-то было заниматься. И мы с Александром Порфирьевичем подумали, что дальше можно было бы сделать. Мы сначала стали помогать деньгами, вот просто как семья Александра Порфирьевича на стройматериалы. А потом стали привлекать своих друзей, потом прихожан. А потом, когда хорошо стало получаться в нашей деревне, мы подумали, а почему бы по всем деревням на русском севере деревянные храмы и часовни не законсервировать. И, в общем-то, стали наши прихожане ездить, автобусы с нашими прихожанами. Сначала разбирали завалы, оттирали похабные надписи, потом проводили самые простые работы. А с каждым годом уровень профессионализма всё увеличивался, и появилась и школа плотницкого мастерства при нашем храме.
И сейчас уже с нами сотрудничает и Министерство культуры, и даже правительство Российской Федерации удостоило нас своей премии. Вот в этом году председатель правительства вручал её за то, что делается на Русском Севере. И мы очень плотно сотрудничаем и с музеем Кижи, и со всеми региональными инспекциями по охране памятников, и они нас уже приглашают и просят: вот давайте сделаем здесь или здесь.

— А там, по-моему, вот как раз сгорел какой-то храм, да, в Кижах? Сгорел в Карелии, в Кондопоге.

— А, в Кондопоге.

— И задача нас, нашего поколения, сделать так, чтобы наши дети могли бы их увидеть и отреставрировать. Для этого прямо сейчас нужно отправиться на Русский Север. У нас в этом году порядка 70 экспедиций.

— Ничего себе.

— Да, можно посмотреть, в какой из экспедиций принять участие. Сайт общеедело.ру. И смело ехать на Русский Север. Экспедиция длится неделю. Но за эту неделю получается сделать очень много. Когда очень большие объёмы работ, то бывают несколько экспедиций, которые друг друга сменяют.

— И возьмёте педагогов, которые, может быть, не будут заниматься непосредственно строительством, но смогут заниматься с детьми?

— Так у нас уже существует, так мы уже делаем. Но идея как бы масштабировать вообще в целом на всю страну так, чтобы всякий человек, который живёт в деревне, не приезжает в деревню там на неделю, а именно он приезжает на лето для того, чтобы вот у педагогов большой отпуск, то есть он летом проводит в деревне. Так, чтобы лето было бы радостным и чем-то созидательным и для него, а в его предстояние пред Богом и для детей.

— А те люди, которые ездят в экспедиции, они там, кроме работы, успевают отдохнуть как-то, посмотреть на этот север, на эту прекрасную природу, на это звенящее небо синее? Или оно звенит только зимой в минус 40?

— Дело в том, что север своей красотой венчает земной шар. Это Писахов сказал. И вообще север, как Дмитрий Сергеевич Лихачёв говорил, он исцеляет душу. Если на юг ездят для того, чтобы поправить здоровье, то на север для того, чтобы исцелить душу. И север, он, конечно, является открытием. Если ты побываешь на севере, то потом, говорит Юрий Казаков, он всегда будет манить тебя к себе. И север — это абсолютное сокровище нашего Отечества, неузнанное, неоткрытое. И в этом плане побывать на севере — это чрезвычайно обогатить свою жизнь, свою душу и красотой, и чистотой.

И экспедиции, которые отправляются на Русский Север, они отправляются для того, чтобы трудиться. Для того, чтобы трудиться много. То есть люди, которые приезжают, они трудятся, их не надо заставлять, они приехали для того, чтобы спасти храм. И моя задача как руководителя – оттащить их от работы хотя бы на один день. И это моя твёрдая установка, что один день из недели, а неделя, как правило, длится экспедиция, люди купаются, например, в Белом море или в Онежском озере, ходят там по музеям.

— Грибы собирают?

— Это там всегда. Грибы, рыба, это вообще ягода в неограниченном количестве. И ещё что интересно, что люди приезжают трудиться, и они начинают трудиться, а местные жители, они сначала относятся осторожно, потом с удивлением. Дети как раз, все дети деревни, они работают и питаются с нашими экспедициями. А вот на третий, четвёртый день местные жители приходят и приносят ягоды, рыбу, только что выловленную. То есть вообще питание экспедиции происходит за счёт местных жителей. Один батюшка, отец Владимир Суханов, он москвич и окормляет военные госпитали, в частности в Москве. Он сказал, говорит: «Я стал даже бояться думать в экспедиции, потому что только я подумаю, как бы хорошо грибов поесть, как на следующий день приходят люди с корзинами грибов. Только я подумаю, а вот рыбки мы не ели. На следующий день нам дают столько рыбы, что мы её, не имея возможности съесть, мы её вялим для того, чтобы с собой забрать.”

— Как Господь благословляет.

— А стоит только подумать о том, что ягоды было бы хорошо поесть. И это тоже сразу же прям исполняется. Я цитирую отца Владимира.

— Клюква, брусника.

— Морошка, черника, костяника, земляника. То есть ягод очень много. Итак, заботиться о детях – это на самом деле обязанность. Если что-то ты хорошее делаешь, если ты ему что-то рассказываешь, полезное для его души, для его веры, для его жизни, то Господь, конечно, воздаст тебе. Потому что вот если мы являемся теми, кто создаёт какой-то пример плохой, и благодаря этому плохому примеру кто-то делает плохие поступки… Научается чему-то дурному. То потом даже не только будучи, если ты живёшь, даже если ты умрёшь, всё равно все эти цепочки плохих дел, ты будешь за них отвечать. И наоборот, если ты создаёшь какой-то созидательный пример, пример добрый, то в этом случае, даже после твоей смерти, всё это будет работать на твою вечность.

— Отец Алексей, вот скажите, мы сейчас, так сказали, деревни, да, но если мы уже не только про север говорим, вот эту программу образовательную привносить ещё и в среднюю полосу, например, да?

— Конечно, конечно.

— Как там реагируют люди? Потому что есть деревня, а есть коттеджные посёлки. Вот на них распространяется идея вашей программы или нет?

—Если есть какая-то форма организации, приход, клуб, библиотека, то, конечно, а если нет, то это можно делать на уровне личных связей, потому что есть председатель коттеджного посёлка, есть сайт коттеджного посёлка, то есть чат коттеджного посёлка, и там можно рассказать о том, что в нашей песочнице или там в центре коттеджного посёлка мы тогда-то, тогда-то занимаемся с детьми. То есть тот, кто захочет, он найдёт возможности. И тут важно понимать, что, может быть, у тебя не будет 200 человек детей, которыми ты будешь заниматься. Может быть, у тебя их будет 6-8, а может быть, их будет 20. А может быть, у тебя их будет всего трое или четверо. Но заниматься с ними всё равно нужно. Вы знаете, есть такой замечательный пример. В Москве был Николай Николаевич Третьяков, выдающийся человек. Отец Валериан Кречетов у моей супруги спросил, говорит, а он у вас преподавал? Она говорит, да. Он говорит, так он же святой. Это был преподаватель в первую очередь ВГИКа, но также и Академии живописи ваяния и зодчества. И вот он уже пожилой, он приезжал для того, чтобы прочитать в Академии живописи свои лекции. Но в частности из них создана книга «Образ в искусстве». И на эти лекции к этому выдающемуся человеку приходило 3–5 человек. А вставал вопрос вообще, стоит ли это того или нет. Целесообразно, да? Да. В том числе приходила моя супруга с подружкой, и они у него спрашивали, а он всегда говорил, что стоит. И вот я так ему признателен, потому что его лекции подготовили мою будущую супругу к тому, чтобы она могла стать женой священника.

— Знаете, я хотела спросить, отец Алексей, как это, мультики, да, что же скажет папа? А как реагируют родители этих детей, эти самые бабушки, когда они прибегают и во что-то вовлекаются? Обычно следом прибегают через час-полтора бабушки, говорят: «Ты где ходишь? Вы что с моими детьми делаете?» Вот как это происходит, коммуникация?

— Ну, во-первых, как правило, в деревнях все друг друга знают. И в этом плане как бы ничего плохого не происходит. Во-вторых, если это делается в клубе или в библиотеке, то всем понятно, что это происходит в рамках работы библиотеки или клуба. В-третьих, бабушки, те, которые передают со своими детьми всякие пончики, пирожки, которые они наготовили для того, чтобы их дети угостили бы других детей. И это могут быть не только бабушки, это могут быть ещё и родители, ну, то есть родители. И вот родителям правильно было бы тоже привлекать к чему-нибудь хорошему.

— Вот я и хочу про это спросить. А родители сами, ну как, бывает, что они как раз это инициируют. Ну, это логично, наверное, не просто волонтёры, приехавшие, а родители.

— То есть смотрите, какая особенность. Важно, о чём я говорю, что это было бы, на мой взгляд, более перспективно. Не то, что вот кто-то приехал, и там две недели что-то проводит, занятия. Такое тоже может быть, и это по факту реализовывается. Очень важно, что ты, живущий в деревне, ты, который можешь что-то дать детям, ты должен это сделать. Ты должен понудить себя, прийти, получить благословение, разрешение, договориться, и дело это начать. Вот, то есть не то, что это внешне кто-то приехал и что-то затеял, вот, а важно, чтобы сами люди в деревнях, мы, русские люди, просыпались.

— А почему это сейчас не происходит? Это, в общем, так вот на поверхности лежит, как вы думаете? Почему само это не происходит?

—  Я думаю, что вот у нас в проекте такое часто было. Например, мы приезжаем в деревню Вологодской области, на севере Вологодской области, а там местные говорят, что ну мы сами, мы сами. А у самих ничего не происходит. И стоит тебе только начать, когда местные подхватывают, и тогда действительно они сами что-то делают.

— Инициатор нужен, да? Да. То есть… Искра.

— Да. Дело в том, что вот сейчас идут военные действия. Вот проливается кровь. Мы не знаем, что будет впереди с нашей страной. И вот, может быть, время пришло, время пришло к тому, чтобы проснуться и служить своему народу, служить своим детям, нашим детям, служить своему Отечеству. Так что просто пришло время, я так думаю.

— Ведь это для нас так очевидно, что не просто прожить, а принести свои таланты Богу и послужить. Без служения, как бы, и без дела, и вера мертва, да? Но нам приходится об этом говорить. То есть всё-таки нужно какую-то инициативу проявить, воодушевить каким-то примером. Как вы это делаете? У вас на сайте есть какой-то раздел, или вы как-то это рассказываете, кроме нашей программы? Какие-то конкретные примеры? Вот там так произошло, тут так произошло. Как об этом люди должны узнавать?

— На сайте общеедело.ру у нас есть раздел, который называется «Наши дети». Там мы только начинаем публиковать новости, создаём карту активностей по нашей стране, где и что происходит, кто и что делает.

— Сколько точек уже, где есть такая активность?

— Сейчас всего 12. Этот процесс только начинается, но думаю, что с Божьей помощью, так как есть благословение священноначалия, этот процесс будет дальше развиваться. Я хотел бы сказать несколько примеров. Если вот вы хотите что-то сделать, с чего можно было бы начать. Есть совершенно замечательное пособие, которое называется “Дорога жизни”. Это двухтомник, который предназначен для работы волонтёров с детьми-сиротами. И там на разные возрастные группы представлены разные темы с огромным количеством методических пособий, иллюстративных материалов, подвижных игр и так далее. То есть это прям уже готовая квинтэссенция огромного труда. И можно посмотреть и купить, или, если хотите, можете позвонить нам, и мы для вас купим, и вы сможете этим пользоваться. Есть замечательная матушка, которую зовут Ирина Ионитис. Она иллюстратор. Она сама самоучка, научилась иллюстрировать. И прекрасная иллюстрация, мне очень нравится. Там, например, есть цикл, который называется «Святые земли русской». И дети, вырезая из картона, раскрашивая, или бывает, что уже что-то есть раскрашенное, они только чуть-чуть добавляют, потом это склеивают, и получается в итоге книжка такая, как вот азбука с Буратино, которая, когда раскрываешь, там все картинки такие живые. Очень здорово. С одной стороны текст, а с другой такая оживающая картинка. Там у неё есть и «Мой молитвослов», и «Храм Божий», и «12 праздников», и «Рождество и Пасха». Её можно легко найти в интернете. Если набрать «Ионитис», то можно попасть на её группу ВКонтакте, и эти пособия у неё совершенно небольшие по цене. Но можно и позвонить нам, или написать нам, и мы вам пришлём уже готовые, распечатанные на принтере всё то, что необходимо сделать для того, чтобы можно было провести занятия по этим пособиям и сделать эти книги.

— Только начинайте, да? Только делайте что-нибудь.
— Только делайте. Вообще же, в отношении чего можно проводить занятия с детьми? Можно рассказывать им об этнографии, о народе, который жил в их деревне. Можно заниматься с ними рукоделием, какими-то прикладными видами искусства. Можно рассказывать им о истории, можно заниматься с ними спортом и проводить уроки нравственности, этики и эстетики. Можно заниматься с ними начальной военной подготовкой. Можно вместе с детьми помогать фронту, что-то для фронта делать. Можно проводить кинолектории. Кстати, в отношении кинолектория, сейчас проектор стоит 5000 рублей. Экран стоит около 1000 рублей, колонки стоят ещё там 1500 рублей. То есть 8000 рублей стоит оборудование для того, чтобы с вашего мобильного телефона через Bluetooth или Wi-Fi можно было бы посмотреть тот или иной фильм. То есть это стало очень доступно. И ещё раз говорю, что если у вас нет средств для того, чтобы это приобрести, звоните к нам, и мы вам поможем. Можно проводить тематические уроки, например, о дружбе, о патриотизме, о почтении к старшим. Поговорить о каких-то важных ценностях. Это, кстати, у меня в детстве было, это формирует очень здорово потом основу. Можно поговорить о трудолюбии, можно поговорить о благодарности. И поверьте, что все эти знания, которые вы детям передадите, они будут в течение всей жизни ими акцептироваться. Прорастут. Можно поговорить о жизни замечательных людей. Существует множество сейчас различных источников, которыми просто бери и пользуйся. Ну, например, из радио “Вера”, “Пересказки”, “Семейная история”, “Живут такие люди”, “Жизнь как служение”.

— “Вопросы веры и семьи”.

— Правильно. Это было следующее, что я собирался сказать. И дальше вы с детьми это обсудили и дополнили какими-то примерами. Обязательно спросили детей, а у вас есть какие-то примеры по этому случаю, по этой теме? Что вы думаете? Господь говорит: «Не мешайте детям приходить ко мне, потому что таковых есть Царство небесное». Царствие Божие, да. Значит, дети – это носители Царства Божия. И значит, нам, взрослым, очень полезно общаться с детьми для того, чтобы посмотреть на это Царствие Божие через раскрытые глаза этих детей. То есть нам, взрослым, необходимо общение с детьми, потому что они делают нас лучше, потому что они нам очень многое дарят. И в этом плане, для того, чтобы мы вспомнили о том, как это происходит, нам нужно взять и составить себя детьми. Быть ответственными в отношении миссионерского служения мирян. То есть вот…

— Брать и делать. Вы все преграды сегодня сняли, отец Алексей. Деньги дадим, методические пособия дадим, примеры рассказали. Вопрос только сейчас за тем, чтобы встать и пойти делать, чтобы было вот это желание у людей действовать, да?

— Да. Я думаю, что вот мы переживаем, а что будет впереди? У одного старца спросили, а долго ли ждать перемен к лучшему? На что он сказал, если ждать, то долго. И это девиз нашего проекта «Наши дети». То есть вот мы переживаем за то, что будет с нашей страной. Но ты, ложась в кровать, подумай о том, что ты для своей страны сегодня провёл занятие в течение 40 минут, потом ещё с детьми 20 минут поиграл в мячик, и ты что-то для своей страны сделал.

—  Для будущего страны даже.

— Для будущего страны, да. То есть и это сделал. Очень важно, что это должен быть… Об этом говорил священномученик Иоанн Восторгов в преддверии революции. Он говорил о том, что очень важно учить заниматься с народом, с детьми. Должен быть термин такой: «положительное церковное учительство». Тогда ещё страна ходила в храмы, тогда ещё народ был православный, наш русский православный народ. И тогда это всё расцветало в дореволюционной России, множество занятий было и с рабочими, и прочее, прочее, прочее. Но оказалось, что этого было мало. И та трагедия, которая случилась, нам очень сложно её представить. Вот не так давно митрополит Онуфрий, глава Украинской Православной Церкви, был лишён украинского гражданства. И один из епископов на Украине говорил, что у нас всегда было ощущение, мы – огромное подавляющее большинство, мы православные люди Украины, и вдруг в одночасье мы оказались лишёнными своей родины. И вот очень важно, что это происходит в одночасье. Если ты не работаешь, если ты ничего не делаешь, если ты думаешь, это меня не касается, пусть это сделают другие, они лучше, они умнее, а я лучше тут картошку буду окучивать или ещё что-то, окучивай картошку, но и это не забывай.

— Привлекай к этому детей. Я просто сижу, вспоминаю, что было в моей такой бытности детской, когда я уезжала тоже за город, родители снимали дачу, мы там спектакли ставили, например. Каждый, кто мог петь, кто танцевать, кто стихи читать. Мы прямо между берёзами натягивали эту верёвку, вешали занавес, собирали родителей, все садились, и мы выступали. Да, и были молодые люди, которые нам уделяли время, и это было очень интересно, собственно, за любое какое-то действие, только бы нами занимались. Я вот абсолютно согласна, это было.

— Да, то есть дети до 12 лет – это дети, которые тянутся к взрослым. Это дети, которым нужны взрослые, как воздух, потому что это такая же необходимость их детской души – общение со взрослыми, как и воздух, как и вода, как и пища.

— Спасибо, отец Алексей. Напомню, что в гостях у нас был руководитель проекта по сохранению деревянных храмов Русского Севера «Общее дело», настоятель московского храма преподобного Серафима Саровского в Раеве, протоиерей Алексей Яковлев. Наши регулярные беседы об образовании мы организуем совместно с образовательным проектом «Клевер-лаборатория», который собирает лучшие и самые интересные опыты работы в области образования и воспитания. Узнать подробнее об этом проекте, стать участником или поддержать его, вы можете на сайте cleverlab.pro.

А сегодня нам придется уже прощаться. Спасибо, отец Алексей. Меня зовут Наталья Лангамер. Всего доброго.
— До свидания. Дорогие друзья, хотел бы сообщить вам телефон координатора нашего проекта: +7(911) 559-37-95. Буду рад совместному труду.

Фотографии К.Г. Калининой


Радио ВЕРА. «Детский досуг летом с пользой». Протоиерей Алексей Яковлев