Роль, репетиционный процесс и театральная деятельность в спектакле «Король Лир»
В спектакле по произведению вечного классика Уильяма Шекспира «Король Лир» мне досталась роль главного антагониста Эдмунда. По характеру этот персонаж, как сказали бы сейчас, является «крысой»: он ослеплен желанием получить власть и наказать своего отца и брата, поэтому буквально идет по головам, не жалея никого.
Когда я получил эту роль, я ничего не испытал, потому что это часть актерской жизни: неважно, кого ты играешь, ты должен выжать из своего персонажа все возможные идеи и смыслы и подать зрителю на блюдечке. Данную роль мне дала наш режиссёр, Марина Анатольевна. Она посчитала, что из нашего класса я больше всего подхожу на нее, и в этом я согласен с ней, потому что мне кажется, что этот персонаж должен был быть именно таким, каким я его показал, и режиссёр это увидел еще до того, как я начал играть.
Шекспир часто закладывает важные мысли в монологи антагонистов, и все речи моего персонажа актуальны в нашем времени. Из всех его обличающих речей мне ближе всего идея о том, что люди имеют привычку обвинять в своих плохих поступках и событиях Высшую Инстанцию: «…и всё зло, что мы творим, предопределено свыше!..».
После того как я сыграл эту роль, я ничуть не изменился, ведь, как грешный человек, я и являюсь воплощением всех идей, о которых говорится в этом спектакле (кроме убийства — я никого не убивал в своей жизни). Если бы мне предложили сыграть этого персонажа ещё раз в этой же постановке, я глобально ничего не менял бы, потому что образ персонажа был создан вместе с образами других героев, и, меняя его, я бы разрушил общую композицию спектакля.
Репетиционный процесс в каждом творческом коллективе, который работает над постановкой, отличается, и в нашем коллективе он был исключительным. Наши первые встречи заключались в том, что мы погружались в мир театрального процесса, узнавали основные идеи Станиславского, учились правильно двигаться и чувствовать партнера на сцене.
Когда мы первый раз взяли сценарий в руки, в нашем «оскароносном» актерском составе витал дух непонимания ситуации, ведь голый сценарий всегда выглядит как-то нелепо. Но когда наш класс поехал в Воскресенское и мы впервые попробовали сыграть наши сцены вместе, этот дух прискорбно покинул нас и больше не появлялся. Как ни странно, наш коллектив держался довольно дружно, пока мы ставили этот спектакль: никто никому не мешал, и все относились с пониманием к каждому человеку, участвовавшему в нашем общем деле. С каждой репетицией у меня появлялась уверенность в своем персонаже, и мне всё больше нравилось играть своего героя.
Наш спектакль начал меняться в лучшую сторону, когда мы наконец смогли прогнать первый акт полностью; в тот момент мы увидели начало этой прекрасной истории, написанной вневременным гением. Внутренние ощущения отличались от тех, что я испытывал на первой репетиции: мне стало приятно находиться на сцене, и я начинал чувствовать своего персонажа. По-настоящему жить этим героем я начинаю только во время спектакля, ведь если постоянно жить другими людьми, я сойду с ума, а мне не очень хочется этого, честно сказать.
Данный проект очень сложен в исполнении: все чего-то хотят, никто не прав (или правы все), у каждого свои дела, и каждый хочет чего-то своего. При всем этом хаосе надо всех собрать и заставить делать одно дело — жить без маски, показывать истинного себя через героев, и мне кажется, что каждый человек обязан пройти через это хоть раз в жизни. Поэтому любой спектакль является важной частью пути каждого, кто стоит на сцене.
Важно понимать, что подросткам в этом возрасте порой наплевать на всё, им важно только то, что хотят они сами. Если заставлять их что-то делать, они это сделают и забудут через всю жизнь, но за весь процесс у каждого появлялось что-то хорошее, связанное со спектаклем, и я считаю, что именно ради этого стоит ставить школьные постановки, ставшие уже традицией. Во мне лично ничего не меняется за это время, но сам процесс — это невероятный катарсис, который помогает тебе насладиться истинностью бытия.
В спектакле мы все являемся творцами — именно такими, какими нас создал Бог. Наш спектакль донес мысль Шекспира до зрителей, и в этом заслуга нашего режиссера: её постановка в меру во всем, и это гениально. Лично я понял идею этого произведения («Король Лир») только после первого спектакля, потому что Шекспир писал не для нас, а для своих современников, но получилось так, что идеи, воплощенные на бумаге 500 лет назад, живут и сейчас. Они сложны для понимания с первого раза, но, смотря спектакль и видя общую картину, ты понимаешь эти идеи — в этом есть плюс нашего проекта. Спектакли всегда лучше школьных учебников, потому что если постановка хорошая, то ты поймешь всё максимум за два часа, а если учебник хороший — минимум за месяц.
