В своем сочинении я хочу раскрыть тему поединка двух поэтов и его связь с романом Гончарова.
В обоих стихотворениях мы можем увидеть два образа – угол и овал. Павел Коган пишет, что овал он с детства не любил, а вот угол – это то, что ему близко. И, конечно, Наум Коржавин ответил ему, потому что он думает противоположно. Но почему-то мне кажется, что тут дело не в любви или нелюбви к этим разным геометрическим фигурам. В стихотворении «Гроза» поэт пишет о том, что овал — это жизнь вокруг, и она равнодушна ко всему. И хоть повсюду царит тишь и мир, для него эти два, казалось бы, хороших слова играют совсем другими красками. Тишь и мир равнозначны безразличию в этом случае. Именно поэтому, когда вдруг приходит и встает углом гроза, неся с собой чувства и параллельно пробуждая все вокруг, она освещает жизнь поэта и на миг делает его счастливее. Но это счастье минутное, потому что гроза только дарит надежду на хорошую жизнь, а потом проходит и все снова возвращается на круги своя. Гроза для автора – что-то необыденное, как глоток свежего воздуха в постоянной засухе. А для Наума Коржавина овал – это гармония и покой. Ему не нужны острые углы, чтобы сделать жизнь разнообразнее. Ему хватает своего мира с теплыми воспоминаниями детских сказок. И тем тяжелее ему, ведь все вокруг сделано для любителей углов.
Теперь, возвращаясь к моим словам про любовь и нелюбовь, можно продолжить эту мысль, сказав, что для двух поэтов понятия угла и овала абсолютно разные. Складывается впечатление, что они живут в разных вселенных и стоило бы им поменяться местами, каждый обрел бы счастье. Получается, что суть спора не в том, что овал лучше или наоборот, а в том, что люди они разные. И душа одного тянется к покою, а другого к разнообразию. Каждый из них живет со своей правдой, и, мне кажется, что этот спор правильнее было бы назвать беседой разных людей, в которой один говорит, как ему тяжело жить в этом вечном круге, а другой говорит, как сложно оставаться собой, когда повсюду углы.
Если говорить про связь романа Гончарова и этих стихотворений, то, конечно, я думаю, что если бы Обломов вдруг захотел записать свои мысли в стихах, то получилось бы второе стихотворение. Мне очень нравится думать о том, что чистого душой и так часто сравниваемого с ребенком Обломова можно заметить в строчках про сказки мамы, ведь это так на него похоже («я рос и слушал сказки мамы…»). Стихотворение «Гроза» — это тогда мысли Штольца, потому что в романе он и есть противоположность Обломова. Но ведь если бы Штольц оказался в мире, который сам по себе обломовщина, он бы продолжил идти, просто потому что он не умеет по-другому. Он как самолет, который взлетел и в движении он уже не может остановится и поразмыслить, у него просто не получится и он разобьется. А в стихотворении автор заключен в этот внешний мир и ничего не может с этим поделать, но он страдает и мечтает о грозе, как о чем-то недоступном, как Обломов о своей Обломовке. Странно, но в «Грозе» я тоже вижу Обломова, только того, который, принимая решение остаться собой и умереть или быть как все, выбрал второе, но душа осталась такой же, как и была, и теперь страдает. Нужно сказать, что этот Обломов как из другой вселенной, он, наоборот, тянется покинуть этот вечный круг, но все так же ищет смысл. Хочу подтвердить свою мысль цитатой из текста:
…и вниз. к обрыву. под уклон.
К воде. к беседке из надежд,
Где столько вымокло одежд.
Далеко , может быть, в края,
Где девушка живет моя…
По-моему, в этих словах чувствуется непонимание и какая-то потерянность человека, который столько искал, но все никак не может найти. И чувствуются сильные эмоции, а это совсем не похоже на вечно спокойного Штольца.
К слову, мне кажется, что тут достаточно сложно принять чью-либо сторону, потому что если в романе ты можешь выбрать, кто тебе ближе — Обломов или Штольц, — то в этих двух стихотворениях я увидела для себя все те же черты Обломова, которые и так мне близки.
