Евгений Святославич Тугаринов. Картина маслом или Кереть 2021. Часть 4

5

Были и другие экипажи, кому пришлось невольно искупаться и водички карельской испить. Например, экипаж Денисовых. Их уже на первом пороге, который все за шиверу приняли, перевернуло. Ну, перевернуло и перевернуло – дело обычное, походное, почти рядовое. Но в суматохе они своего сына потеряли из вида – третьего члена экипажа. Тут не позавидуешь – нырнули трое, а вынырнули двое – нет пацаненка Ванечки. Отец озирается, мать голосит – страшнее момента не придумаешь. А вышло так.

Пока Денисовы переворачивались, да выныривали, мимо лодка Петровича прошла. Петрович видит мальчонка в воде, хвать его руками и к себе в лодку. Он бы его в лодку к отцу-матери закинул, но та вверх дном плыла. Куда кидать мальчонку? Вот он и не растерялся, взял его к себе. Прижал к телу, держит крепко одной рукой, другой веслом машет. Вы спросите как можно одной рукой веслом махать? Петрович научит. Он все может. И вот Денисовы родители кричат, зовут, а вокруг бурлит, шум воды всякий крик заглушает. А Петрович с пацаненком Ванечкой уже далеко вперед уплыл и назад вертаться ему не с руки. Тут кто-то из походников мимо по берегу проходил и Денисовых успокоил – дескать, так и так, мальчонка ваш жив, его Петрович словил и волноваться можно перестать. Лучше побеспокоиться об уплывших вещах да к берегу скорее приставать. Вон, видите там Евгений Святославович уже ремкомплет из красной косметички достает, лодку о. Александра изучает. Он и ваши дырки вмиг обнаружит. Вот, значит, какой случай приключился.

 

6    

 Чтобы покончить с порогами и всякими неприятными моментами, расскажу о случае приятном. Представьте себе – поход уже почти заканчивается, как заканчивается сама река Кереть. Осталось пройти последний порог – «Морской» – перед самым впадением реки в Белое море. Идем мы себе, идем и видим какие-то сооружения впереди. Сооружения на берегу нас давно уже не удивляли, а вот сооружения посередине реки стали нас все больше интересовать. Подплываем ближе и видим – это большого размера бассейны, что-то вроде детского сада для рыбьих мальков, которые из красной что ни на есть икры сейчас вылупляться начнут. Ну, комната матери и ребенка – ни дать, ни взять. Так мы это для себя определили. Хорошо, думаем – рыбзавод свои границы очерчивает и нас предупреждает. Ладно. Проходим еще немного и видим объявление:

 

Прохода нет. Обнос! И стрелка налево ¬

 

Видим – река перегорожена сетью в несколько рядов для надежности. А посередине реки ворота устроены, а на воротах замок амбарный висит. А по ту сторону сети рыба плещет, аж волны идут. Так и играет, так и резвится.

– Братцы! Это горбуша на нерест идет. Она вверх по течению хочет пройти, а сеть ее не пускает, – предположил один.

–  Инстинкт! – поднял вверх палец второй.

– Закон природы! – поддержал третий.

– Точно. А я смотрю, что за диво такое на реке устроено? Никогда такого не видел, – продолжил четвертый.

– И мы тоже не видели, –  сказали разом остальные.

– Это и есть рыбзавод, про который нам шофер рассказывал. Помните? – начал новый круг первый.

– Да, он еще говорил, что горбуша умирает после нереста, – вставил реплику второй.

– Да? Я не слыхал такого, – засомневался третий.

– Точно, именно так и происходит, я читал, – поддержал товарища четвертый.

– Мы тут не пройдем. Надо с рыбаками поговорить, может проход какой устро…? – снова было раздался голос первого.

–  Петрович, ты сплавай, разузнай. А мы пока к берегу пристанем и пойдем порог смотреть, – не дал ему закончить начатую мысль капитан.

– Да, да, правильно поставил задачу командир, – подумали все.

Ну, а дальше вот как было. Петрович поплыл направо, где на берегу стояли дома, там могла располагаться контора рыбзавода. А весь наш отряд повернул налево, где домов никаких не было, а стояли две легковые машины.

– Если машины стоят, значит дорога есть, – сказал внутренний голос одного из нас.

Таким образом, мы пристали к берегу и пошли смотреть порог.

 

Порог «Морской» – это последнее перед морем препятствие, и этим именем называют последние пороги на всех реках Карелии. Карельские реки текут с континента в Белое море, вот и дали им всем такое название. Идем мы вдоль порога, смотрим, оцениваем.

– Мужики, такого порога еще не было. Тут не просто бурлит, тут клокочет как в жерле вулкана.

– Не знаю, как на вулкане – не бывал, не видел, но мы тут все лодки в клочья порвем и что делать на море будем, не понимаю?

– Обносить надо, вот что. Выгружать вещи, нести их к морю, и лодки тоже.

–  Так это же сколько нести придется? Километр?

– Может и километр, а только другого пути нет. Потрудимся пешие, так хоть лодки сбережем и дальше плыть сможем.

– Согласен. Тут и дорога накатанная. Не через бурелом продираться, а спокойно пешочком как в парке.

– Да, да, как в парке! Только в руках лодка килограмм на 30-40 веса. У нас ведь тележек не имеется.

В этот момент к нам присоединился Петрович.

– Ну что, договорился с таможней? Верещагин дает добро?

– Все в порядке. Мужики нормальные, все поняли. Они и плоты коммерческие пропускают, только потихому, без огласки. Как своих. Сейчас нам ворота откроют, мы ближе к порогу подойти сможем.

– Уже подошли. Смотри сам.

Мы продолжали двигаться лесочком вдоль порога.

– А ничего себе уклончик – метров 5 будет. Спуститься можно, как с горочки. Но можно и застрять по дороге и штаны, так сказать, изорвать. Привести в негодность.

– Да, да, поливиниловые штаны, заметьте.

На этих словах, внимательно изучавший порог Петрович, остановился.

–  Мужики! – обратился он с речью к остальным, – вы меня знаете, на порог иду всегда первым.

– Знаем, и первым переворачиваешься. Видели.

– Я не об этом. Со всяким случиться может. Но тут я пас. Впереди море и можно лишить себя удовольствия прокатиться по нему на моторе. Не знаю, как вы, а я попробую вдоль правого бережка лодку провести. Именно провести. Не плыть в ней, а за веревки проводить. Я думаю, что пройти можно. Там слив потише, воды явно меньше. Как думаете?

Народ посмотрел на Петровича с уважением.

– Соображает Петрович. Дело говорит, – подумали остальные походники.

– Ну, что? Кто пойдет со мной лодку проводить?

– Мы пойдем, – разом сказали Миша и Леша.

– Так, парни! Ваш номер восемь – после спросим, – ответил один из бывалых. – Вы уже себя показали.

– А что? Петрович тоже перевернулся. И о. Александр, и Денисовы, а в прошлом году Максим Викторович переворачивался. Чем мы хуже? Чуть что – Миша, Леша! Не надо на нас «всех собак вешать», – грудью встали в оборону парни.

– Ладно вам. Ребята осознали, провели работу над ошибками и хотят исправиться. Давайте поступим так – Петрович с кем-нибудь поведет лодку вдоль правого бережка и нам по рации сообщит, как дошел. Там и решим про остальные «Варзуги». «Викинги» могут идти не дожидаясь сигнала Петровича, а «Варзуги» отмашки ждут, – принял решение капитан.

– Я пойду с Петровичем, – смело сказала Лиза. – Можно?

– Отлично. Лиза идет с Петровичем. По местам!

 

«Варзуга» Петровича решительно в два весла пересекла по диагонали широкую часть реки перед самым началом слива. Все наблюдали за ними издали.

– Что-то как-то медленно идут.

– С осторожностью. Там, наверное много камней и мелко. Видишь, Петрович уже вылезает из лодки. Сейчас ее руками проводить начнут как ребенка.

Оба первопроходца вылезли, ухватились за веревки и медленно стали продвигаться вниз.

– Ничего, справятся.

Прошло несколько минут. Лодка скрылась за поворотом. Из рации доносилось:

– Плыть практически нельзя. Вокруг камни. Маневрируем пешком. Но кажется, дойдем.

– Второй экипаж может идти?

– В принципе может, но смотря кто?

– Тут старшие девочки хотят. Пускаем?

– Я бы подождал, пока мы пройдем весь участок. Пусть сначала парни пройдут на «Викинге».

– А «Викинги» по основному сливу не пройдут? Или как вы по краешку?

– Кто его знает? Может да, а может нет? Пусть как мы вдоль берега попробуют. Пусть Саша Любашенко с кем-нибудь пойдет.

– Хорошо. Саша, вы с кем пойдете?

– Давайте, с Ваней.

– Отлично. Петрович, второй пошел, – и о. Александр благословил «Викинг» идти вслед Петровичу.

 

7

А в это время остальные походники, кто решил обносить, уже вовсю разгружали лодки и группами потянулись по дороге к морю. В их действиях не было понурости. Они знали, что будет тяжело тащить на себе то, что спокойно и без труда плыло в лодках, но предвкушение прокатиться на моторе и вид «Морского» порога все поставил на свои места. Тащить, так тащить. Одним словом, обнос.

В то же самое время, когда происходили все эти разговоры и события, к берегу пристала незнакомая резиновая лодка. В ней находился только один человек – не молодой, но жилистый мужчина. Те из нас, кто оставался еще около пришвартованных лодок, начали с интересом наблюдать за его действиями. Мужчина, не раздумывая и ни о чем не спрашивая нас, начал вытаскивать из лодки рюкзаки.

– А вы не хотите попробовать спуститься? Ваша резинка даже не заметит порога, да и вид у вас бывалый, – не выдержал один из наших самых коммуникабельных байдарочников.

– Думаете? Я действительно прошел всю Кереть от Варламова озера. Проходил пороги без осмотра. Я знаю свою лодку, хожу на ней давно и всегда один. Ходил даже на Кавказ. Лодка выдержит – в ней я уверен. Но признаюсь – не хочу больше мочиться. Просто неохота. Устал, может? Не знаю.

И опытный покоритель Кавказа взвалил на мощные плечи пару рюкзаков и направился вслед нашим студентам.

 

8

Напоследок мы обратились к рыбакам, что нас пропускали через ворота, с просьбой, не будет ли у них для нас рыбки.

– Почему не будет? Эта рыба все равно обречена. Несколько дней – и она погибнет. Горбуша нерестится дважды за жизнь – на второй и четвертый год, а потом погибает. Так что подходите к сети и берите, что достанете.

Поблагодарили мы рыбаков, и двое из нас – Евгений Святославович и Настя Денисова вошли в воду.

– Насть, тут глубоко. Давай мы рядом с берегом сначала поглядим, может и найдем пару штук.

– Давайте, Евгений Святославович. Вон одна, а вот другая. Вы сеть натягивайте, а я рыбу буду вываживать.

– Нет, давай наоборот. Мне вываживать сподручнее. Ты мелкую достанешь, а я крупную схвачу.

 И Евгений Святославович начал сеть вываживать да рыбу запутавшуюся руками хватать. А та не дается, выскочить норовит.

– Большая какая, Евгений Святославович! Хватайте вон ту. У нас ртов много, всем охота горбуши отведать.

– Да я хватаю, только она не шибко дается. Нам бы с икоркой словить.

– Да бы, с икоркой никто не откажется. Вы тогда самочку высматривайте, самочку.

– Да я понимаю, что самочку. Но тут все больше самцы попадаются. Сколько уже выловили?

Вот такой примерно разговор на производственную тему у них шел. Минут двадцать вываживали сеть Евгений Святославович с Настей. Достали аж пять рыб – крупных самцов, килограмма по два-три, не меньше. Из Насти и Евгения Святославовича, можно сказать, артель рыбацкая сформировалась. Могли бы и дальше так промышлять. Остальные же походники только смотрели на них, негромко переговаривались и радовались – предвкушали кто ушицу, а кто и жареху. Да и самим лазить в холодную воду не пришлось, что тоже неплохо. О чем же они разговаривали, глядя на работающих, нам было не слышно.

Продолжение следует…

Евгений Святославич Тугаринов. Картина маслом или Кереть 2021. Часть 1

Евгений Святославич Тугаринов. Картина маслом или Кереть 2021. Часть 2

Евгений Святославич Тугаринов. Картина маслом или Кереть 2021. Часть 3

Евгений Святославич Тугаринов. Картина маслом или Кереть 2021. Часть 4

Евгений Святославич Тугаринов. Картина маслом или Кереть 2021. Часть 5

Евгений Святославич Тугаринов. Картина маслом или Кереть 2021. Часть 6

Евгений Святославич Тугаринов. Картина маслом или Кереть 2021. Часть 7

Евгений Святославич Тугаринов. Картина маслом или Кереть 2021. Часть 8

Евгений Святославич Тугаринов. Картина маслом или Кереть 2021. Часть 9

Евгений Святославич Тугаринов. Картина маслом или Кереть 2021. Часть 10

Евгений Святославич Тугаринов. Картина маслом или Кереть 2021. Часть 11

Евгений Святославич Тугаринов. Картина маслом или Кереть 2021. P.S.

Share
Размещено в Путешествия, Хоровая студия и отмечено , , , , .

Добавить комментарий