Дневник семинара в г. Муром 2022

Муром 21-24 июля 2022 г. Дневник семинара. Е.С. Тугаринов

1

Чуть-чуть истории

Семинары для регентов и певчих – это давняя традиция, которая существовала в России еще в дореволюционное время. Например, регентами Придворной певческой капеллы проводились выездные летние школы. Приезжавшие в провинцию столичные мастера церковного хорового пения проводили отбор и прослушивание малолетних и взрослых певчих архиерейских хоров, лучшие из которых продолжали свою певческую карьеру в капелле. Параллельно с этим они собирали местных регентов и проводили с ними нечто вроде современных мастер-классов. И это происходило уже в XVIII столетии.1

Такая же практика велась и в Синодальном хоре, но век спустя. Известно, что регент В.С. Орлов ездил в свои летние отпуска на воды или на Черное море «поправлять пошатнувшееся здоровье» (из личных записок регента Орлова, адресованных управляющему Синодальной конторой). По дороге он заезжал в Краснодар или Ростов-на-Дону и там проделывал то же самое – прослушивал голоса малолетних и взрослых певчих, уже зарекомендовавших себя отличными голосами в архиерейских хорах. Таким образом они «обескровливали» местные хоры, забирая к себе всех лучших, но и соответственно обогащали Синодальный хор и Придворную капеллу.2 И попутно приезд Орлова собирал местных регентов и учителей пения, где происходил обмен опытом. Так же поступал и директор Синодального училища С.В. Смоленский. Как видим традиция давняя и вполне рабочая.

Итак, наш семинар в Муроме – это продолжение, но не столько дореволюционной традиции, сколько той, которая существовала в 1990-е годы в помещениях Троице-Сергиевой лавры. Именно там проводили семинары для регентов два выдающихся хоровых церковных мастера ХХ столетия – протоиерей Михаил Фортунато и архимандрит Матфей (Мормыль). Всего ими было проведено восемь семинаров для регентов, которые приезжали в Сергиев Посад со всей России. Хоровому церковному делу весьма благоволил ректор МДА архиепископ Евгений (Решетников),3 благодаря его поддержке были выделены помещения для спевок, было организовано проживание и питание, предоставлен для богослужений академический храм, а по следам семинаров были изданы нотные пособия и т.д. Те семинары были настоящим «глотком свежего воздуха» для всех, кто интересовался церковным пением и старался определиться для себя в таких понятиях как школа, традиция, преемственность.

Но вот уже около 20 лет минуло со времени последнего семинара в МДА, уже нет в живых тех двух делателей-соратников в деле церковного пения, но есть и происходит немало другого. Собираются регентские съезды, существуют регентские классы и курсы, подрастают новые профессиональные кадры, церковная жизнь и богослужения не прекращаются. Зачем же нужен этот очередной семинар для регентов и певчих в Муроме и вся задуманная серия из четырех встреч? Не достаточно ли существующих структур и возможностей, не пора ли сказать решительное «нет» изобретателям «новых велосипедов»?

Для того, чтобы ответить на этот вопрос, надо, с одной стороны, немного подождать и посмотреть, как он пройдет, с другой стороны, спросить преподавателей семинаров и его участников. Именно их правдивая реакция даст ответ – а есть ли нечто новое и полезное в данных семинарах? Сумели ли ответить приглашенные преподаватели на вопрошания приехавших на семинар людей? Те ли цели поставлены? И достигнуты ли они, эти цели?

2

Грант Президентского фона культурных инициатив

Идея этих семинаров сформировалась в заявку, поданную на конкурс в начале 2022 г. и неожиданно победившую. С одной стороны, – это замечательно, с другой, – чрезвычайно ответственно и хлопотно. Грант предусматривает согласованную работу нескольких рабочих структур – административную группу, преподавательский коллектив, что все вместе должно составить единую команду. Но самое главное грант требует наличия участников семинара или благополучателей.4 Успех реализации гранта – это тот конечный продукт, который будет получен теми, кто пожелает приехать и принять участие в семинарах, как его благополучатель.

Заявка была подана от АНО СОШ Димитриевская5, руководитель проекта Евгений Святославович Тугаринов6, преподаватели-эксперты:

  • Илья Ильич Вашерук7
  • Ирина Вадимовна Денисова8
  • Илья Александрович Красовицкий9
  • Алена Алексеевна Фоогд (Овсянникова)10
  • Михаил Данилович Гилл (дистанционно)11
  • Протодьякон Александр Николаевич Кедров (дистанционно)12
  • Владимир Вадимович Красовский (дистанционно)13
  • Екатерина Сергеевна Кудряшова14
  • Екатерина Аполлоновна Вашерук15

Члены команды:

  • Ирина Владимировна Васильченко16
  • Алексей Николаевич Васильченко17

Негласный член команды:

  • Анастасия Олеговна Тугаринова18

3

День первый – наполовину официальный

Наш семинар так был спланирован, что в нем доминировала богослужебно-учебная часть. И мы вполне осознавали, что время первого семинара будет целиком посвящено подготовке двух служб, что репертуар будет новым и неизвестным для большинства участников, и что его разучивание будет происходить под руководством нескольких разных регентов, а значит различных, и возможно, не совпадающих между собой подходов и методик, что в формате полутора учебных дней является невероятно трудной задачей. Все это вынудило нас экономить время и собрать участников накануне, т.е. в четверг 21 июля, и это оказалось правильно. Вечером с 5-ти часов была назначена регистрация приезжающих семинаристов и общее знакомство. Не все смогли приехать, но большинство все-таки вырвались из домашней суеты. Это знакомство себя оправдало. Нам действительно удалось поговорить с людьми и услышать хотя бы самое наболевшее. Для нас, организаторов, самым главным посылом являлось именно это – отзвук, эхо, т.е. ответ на насущное, конкретное и идущее от людей, а не придуманное в кабинете. Сегодня мир требует только конкретного. Разговор об общем, расплывчатость, витиеватость – это категории времени спокойного, а сейчас время тревожное, когда задачи всплывают не постепенно, а вдруг и все разом.

Например, мы услышали, что требуется помочь на самом начальном этапе в организации детского хора воскресной школы. Эту задачу мы видели и сами, но отдаленно, как дополнение к основному разговору на семинаре. А тут вдруг она для кого-то встала во весь рост своей очевидности и личной неподготовленности. Мы хотели вести разговор о вечном, а столкнулись с самым что ни на есть конкретным и сегодняшним. Значит и на эту тему следовало поговорить в формате личной беседы.

Другая тема, требующая индивидуального подхода, – это вокальная или дирижерская подготовка. И то, и другое относится к числу проблем, которые решаются только в рамках личных встреч. Не все подобные проблемы решаются в один день и на общей хоровой спевке, а наш формат предусматривал только спевку и только общую. Значит и тут надо было подобрать методический «ключик», чтобы человек не уехал неудовлетворенный.19

Так или иначе разговор происходил, знакомство начиналось и заняло полтора часа. После долгожданного ужина (дорога, волнения предстоящего вечернего расселения и прочие бытовые потребности) состоялась первая спевка, которая показала – незнакомые люди из разных мест нашей страны и отдельных очагов Западной Европы сразу образовали певческий коллектив, требующий шлифовки, но не формирования. К нам приехал хор! Господа хоровые настройщики,20 пожалуйте к станку!

4

День второй – учебный

Пятница, 22 июля – наш самый насыщенный учебными занятиями день. С утра доехали те, кто не смог прибыть накануне. Кстати, даже днем в пятницу присоединились еще несколько человек, и таким образом собрался хор в 42 певца. По всем церковным меркам – это большой хор, и таких хоров ныне нет ни в одном русском храме Московского Патриархата. Раньше были. Например, Государевы певчие дьяки – старейший хоровой коллектив России. Петровскими реформами этот хор получил именование Придворной певческой капеллы. Число певцов капеллы доходило до 120 человек и выше. Этим хором восхищались Берлиоз, Лист и другие приезжие знаменитые заморские гастролеры. Или Патриаршие певчие дьяки и поддьяки, которые с 1721 г. стали называться Синодальным хором. На рубеже XIX–XX веков их число достигало 86 человек. Правда в обоих хорах пели мальчики и мужчины. Интересно, что численность тех старых русских хоров была значительной, а звучание прозрачное – из-за присутствия мальчиков. Именно они определяли общую эстетику формирования звучания хоров. Например, Орлов и его последователи строили Синодальный хор как струнный квартет. Мужские голоса Синодального хора никогда не форсировали звук. Тенора не вопили, а басы не грузили. Это ли не пример для сегодняшних хормейстеров?21

И нам предстояло решать задачу хорового звучания, формировать манеру, но это было дело чисто репетиционное и уже зависящее от качества женских голосов и количества мужских. Мы не рассчитывали на то, что у нас будет баланс в хоре. Мужчин приехало в разы меньше, чем женщин, но возраст последних обнадеживал. Тонкость, чистота, мягкость, лиризм, подвижность – вот, какие голоса приехали в Муром, а значит даже те несколько представителей сильного пола вполне заполняли собой акустическое пространство, тем более репетиции происходили в храме XVI века, где акустика была настроена на хоровое звучание. Да, не было октав, да, не было мужских теноров, но была слитность, была надежность, что впрочем и требуется от мужчин.

Особенностью наших семинаров являлось наличие нескольких учителей, которые один, сменяя другого, вставали перед хором, разучивая свои части служб. А это означало – разные подходы к методике работы с хором, разные эстетические критерии, разные школы, разные стили в репертуаре. Кто-то скажет – это однозначно плохо, потому что сплошная эклектика. А я скажу – это однозначно хорошо! Ведь какие задачи стояли перед семинаром?

  1. Дать верное представление о природе хорового искусства вообще и показать нашим семинаристам, как индивидуальная хормейстерская манера вписывается в контекст единой русской традиции церковного пения;
  2. Показать на опыте нескольких хормейстеров широкий спектр школ и практик, что именно и составляет богатство русской церковно-певческой традиции;
  3. Через это знакомство обогатить семинаристов разными индивидуальными методиками и разными подходами к исполнению различных элементов отечественного церковного осмогласного пения: читка, распева, а также авторских нотных произведений, написанных в традиции церковного гласового творчества;

И эти задачи лучше всего могли решить несколько разных регентов, в разное время и в разных местах учившихся, а значит впитавших в себя различные певческие практики. Наш выбор – Москва, Минск, Амстердам, а также Париж, Чикаго и Сан-Франциско – это именно та широта и тот охват, которые и могли удовлетворить этим задачам показа масштаба и полноты русской церковно-певческой традиции в преломлении ее в творчестве регентов и хоров Русского Зарубежья ХХ столетия. И в доказательство этого были организованы три дистанционные встречи с нашими зарубежными коллегами. В пятницу подключились двое – Михаил Данилович Гилл и Владимир Вадимович Красовский. Расскажу немного о них.

Михаил Данилович Гилл – профессиональный врач-терапевт, что подтверждает общую картину церковно-певческого мира Русского Зарубежья. Практически все русские регенты Западной Европы, Америки, Австралии являются регентами-любителями по статусу, что совершенно не исключает высокого профессионализма в регентском деле, которому они отдают свободное свое время. Они трудятся учителями, инженерами, врачами, иконописцами, банковскими служащими, в то же время являясь людьми Церкви. Таков и М.Д. Гилл. Он с детства был на клиросе, с юности впитывал в себя то, что его окружало в храме. И благодаря своей природной чуткости, музыкальности выдвинулся среди сверстников, естественным образом освоил регентскую специальность и стал ведущим церковным музыкантом в Америке. Его прямым учителем был Б.М. Ледковский, он много взял от М.С. Константинова и вот уже многие годы возглавляет церковный хор Покровского собора РПЦЗ в Чикаго. При этом он не получает заработную плату как регент. На жизнь М.Д. Гилл зарабатывает, работая врачом в госпитале.

За то время, что мы общались с М.Д. Гиллом, участники семинара узнали о его регентом пути, о тех традициях, которых он придерживается, о его церковном хоре, о репертуаре хора и многом другом. Конечно, нам хотелось попеть под рукой мастера, но подобное в дистанционном формате исключается.

Владимир Вадимович Красовский – регент смешанного хора собора Всех скорбящих радосте в Сан-Франциско. Подростком прислуживал в храме свт. Иоанну (Максимовичу), что оставило след на всю жизнь. Ученик замечательного регента М.С. Константинова. В.В. Красовский сменил Константинова в 1979 г. и с тех пор руководит хором собора. Имеет талант иконописца, чем и зарабатывает себе на жизнь. Подвижник церковно-певческого искусства.

От Красовского мы услышали примерно похожую историю жизни, регентского пути, своей принадлежности к традиции, которая в его случае обогатилась опытом русских харбинцев. Он также затронул вопросы осмогласия, нотного репертуара, количественного и качественного состава хора. Все это было необыкновенно интересно и поучительно. Знакомство с такими людьми, как Гилл и Красовский – это расширение своего церковного кругозора, это ощущение себя в контексте общего потока церковно-певческого дела, которое проявило себя особенно ярко в ХХ столетии в очагах русского рассеяния. Оба наших преподавателя – это уже неотъемлемая часть такого масштабного явления, каким является русская церковно-певческая школа.

В пятницу мы работали целый день – с 9 часов утра до 9 часов вечера. Усталость была огромная, но и радость была не меньшей. Сравнение вживую разных школ, впитывание услышанного, наглядная демонстрация языка жестов – где еще возможно найти такое собрание столь масштабных личностей-преподавателей? Никакая существующая современная образовательная школа от начальной до высшей не имеет подобного подбора преподавателей. Это стало возможно исключительно в рамках семинаров аналогичных нашему.

5

День третий – завершение учебы.

Суббота, 23 июля – это половина дня от 9 до 15 часов, который, как и пятница, прошел в занятиях, но в конце его нас ожидала служба – всенощное бдение, которое мы усиленно готовили, и которое должно было выявить наш первый итог. Да, нас – организаторов семинара – можно заподозрить в некоторой авантюрности. Ведь только на знающих регентов и опытных певчих, знакомых с осмогласием, можно было рассчитывать, когда мы замышляли эту службу. Ведь пение нотное – это одно дело и только его часть. Здесь требуется навык в чтении нот, ориентирование в метро-ритмической записи, умение анализировать гармонический язык автора, т.е. требуются чисто музыкальный подход во всем том, что является музыкальным элементом в русском церковном пении. Но исполнение стихир, ирмосов и тропарей, т.е. не нотного материала – это совершенно иная ипостась жизни церковного хора. И это наиболее уязвимая ее часть, потому что, с одной стороны, там только текст, а напев ты должен знать наизусть. С другой стороны, существует немало подходов к исполнению текстового материала. Есть московская, петербургская, монастырская, приходская традиции пения читка и прочих элементов, составляющих суть литургического богослужебного материала. Если бы к нам приехали новички, то мы бы никогда не решились бы петь всенощную. Ведь освоение гласового материала – это систематическое прохождение годового круга, это запоминание наизусть десятков мелодий. Но нам это делать не пришлось в том смысле, чтобы созидать эту необходимую базу, строить «здание» церковного хора. Мы с радостью воспользовались опытом наших семинаристов. Зато нам пришлось приводить их к единому певческому знаменателю. И только посвященный знает, сколь многим может отличаться любой из гласов друг от друга в разных приходах.

И вот тут основное время было доверено И.И. Вашеруку. Именно он начал прохождение гласового материала, сведение к единому «знаменателю» множества «числителей». Его опыт – это два десятилетия работы с любительскими хорами, состоящими из прихожан (его выражение – «нули»). Ему неоднократно приходилось изучать со своими певчими гласы с самого начала, а значит он опытно постиг различные методики этого дела, сведя их к некоему универсальному принципу. И И.И. Вашерук в кратчайшее время добился виртуозного исполнения гласов предстоящего богослужения.

На учительский «осмогласный» подиум поочередно выходили Е.С. Тугаринов и И.А. Красовицкий. Каждый из них имел свою часть богослужения, которую должен был отрепетировать, но тон, заданный Вашеруком, обеспечил «зеленый свет» в прохождении большинства текстов. Тугаринов занялся стихирами на стиховне. А Красовицкий – ирмосами и катавасией.

Теперь самое время рассказать и об остальных учителях, и других разделах семинарского курса.

Ирина Вадимовна Денисова взяла на себя подготовку нескольких важнейших частей всенощной и литургии. Разумеется, ее работа происходила на авторском материале, сочиненном или переложенном ею самой.

Алена Алексеевна Фоогд (Овсянникова) готовила несколько нотных вещей, принадлежащих митрополиту Ионафану (Елецких), а также хвалитные стихиры. Каждая из представительниц прекрасного пола была по-своему обаятельна и требовательна, и потому все намеченное было успешно выполнено.

Из-за нехватки времени остались за кадром целый ряд проблем, о которых также хотелось бы поговорить. Но таков формат этого семинара – работать исключительно над общими задачами и на общей спевке.

Днем в субботу нам посчастливилось пообщаться с замечательным мастером церковно-певческого дела протодьяконом Александром Николаевичем Кедровым, который с 2007 г. руководит хором русского собора св. Александра Невского в Париже. Династия музыкантов Кедровых – это более чем столетняя часть истории русской культуры. Дед о. Александра – Н.Н. Кедров-отец был основателем первого профессионального русского вокального квартета, который исколесил весь мир на рубеже ХIХ и ХХ веков. Квартет пел в лучших залах Западной Европы и Америки, записал ряд пластинок, а после революции постоянно принимал участие в богослужениях в русских храмах Франции. И отец протодьякона Александра – Н.Н. Кедров-сын – продолжил певческую деятельность своего отца. Квартет жил, активно выступал в концертных залах и пел в храмах. Оба Кедровых оказались плодотворными композиторами, авторами известных и любимых духовных произведений.

Ну, а внук Кедрова-отца – протодиакон Александр приложил руку и к вокальному ансамблю и пошел еще дальше – получил богословское образование в Сергиевском институте и стал регентом знаменитого собора в Париже. Могу без преувеличения сказать, что хор собора Александра Невского сегодня по праву является лучшим церковным коллективом Русского Зарубежья. В нем есть замечательные певцы, широчайший репертуар, о чем свидетельствуют немалое число записей. Этому хору присуща красота и великолепие хорового звучания, схожие с лучшими русскими хорами, например, Патриаршим хором под руководством В.С. Комарова и Г.Н. Харитонова, хором Скорбященского храма под руководством Н.В. Матвеева, хором Александро-Невской лавры под управлением П.П. Герасимова.

Протодьякон Александр, как и его американские коллеги имел с нами встречу, которая надолго запомнится, как соприкосновение с большим мастером-регентом.

В 16 часов в Благовещенском соборе началось всенощное бдение, которое пел семинарский хор. Вероятно, давно в монастыре не пел хор такой численности – более 40 человек. Зная, что весь нотный репертуар впервые исполнялся в соборе, я предупредил об этом иеродьякона:

— Будьте настороже, потому что даже музыкальный материал ектений будет для вас новым.

— Хорошо, – был ответ.

В целом пение хора было очень достойным. Замечательно прошли циклы стихир, полиелей, канон. Нигде хор ни разу не дрогнул. Все нотные вещи также прозвучали хорошо и уверенно.

— Вот, что значит твердо выучить песнопения, – сказал после службы один из семинаристов.

Довольны остались клирики монастыря, довольны певчие, довольны и молящиеся. Некоторые подходили и выражали свою радость от услышанного на службе. Общим удовлетворением закончился наш предпоследний день в Муроме.

6

День четвертый, последний

Логическим завершением всего семинара стала литургия, которую семинарский хор пел в храме Михаила Архангела в селе Лазарево. Это особое место – там располагается архиерейское подворье Вязниковской и Муромской епархии, которое блюдут всего две сестры – мать Сергия и мать Татьяна. Эти две женщины олицетворяют собой всю полноту церковного присутствия среди мирской многозаботливой жизни. Вокруг частные дома, огороды, магазины, дорога, а тут храм – казалось бы одинокий, забытый… Но нет! Входишь в церковь и оказываешься как будто внутри сказочной книги. Ее страницы – приделы храма, а иллюстрации – потрясающая роспись, охватывающая все стены и потолок. Замечательный иконостас, иконы, мраморный пол и, конечно, рака с мощами праведной Иулиании Лазаревской.22 Да, да! Именно эта святая, чья простая человеческая жизнь явила собой одну из степеней святости. Праведная Иулиания – духовный маяк для всех жен и дев, отроковиц, да и для всего рода человеческого, в том числе для мужской его части. Она дает пример, какой может и какой должна быть русская женщина. И вообще Муром – это духовный цветник русской святости. Мужчины найдут здесь образ богатыря и воина, равного которому не было на Руси – образ преподобного Ильи Муромского. Те, которые ищут жизненной опоры не в мускулах, а в мудрости, могут обратить свой взор на добродетели благоверного князя Петра. Те, кто нуждаются в укреплении духовном, не должны пройти мимо подвигов веры благоверного князя Константина Святославовича и его двух сыновей Феодора и Михаила. Ну, а женам надо только подражать смирению праведной Иулиании и благоверной Февронии. Сколько же путей ко спасению! Сколько укрепляющих страждущих примеров! Выбирай! Подражай! Укрепляйся!

Вот в таком месте участники семинара пели воскресную службу. Как она прошла? Замечательно! А как может петь хор, числом более сорока человек, натренированный таким первоклассными учителями, какие приехали в Муром?

А после службы все устремились обратно в Благовещенский монастырь на последний обед и заключительную встречу, которая была посвящена приятному – вручению сертификатов. Их получили ученики, их получили учителя. Сегодня такое время – надо подтверждать, что ты побеждал, участвовал, прослушал… Ну, да ладно.

И совсем уж последней частью семинара стали несколько интервью с семинаристами, с учителями и даже с молящимися в храме. Любопытно, что говорилось не только о том, что это важно, насущно, актуально, но были подняты темы, казалось бы, совершенно далекие от музыкального наполнения семинара. Например, разговор между одной семейной парой и ведущим коснулся такой темы, как патриотизм. Что петь в хоре – это патриотично, что изучение хоровой грамоты – это сродни постижению основ родиноведения, что хоровые церковные съезды – это укрепление обороноспособности своей страны. Такие замечательные мысли высказывали, что не хотелось никуда разъезжаться, а оставаться в Муроме и продолжать и продолжать заниматься23 и общаться. А вы как считаете?


1 Но наверняка головщики киевских, новгородских, псковских, черниговских, муромских, владимирских клиросов в первые века христианства на Руси делали нечто подобное. Просто сведений об этом не сохранилось по причине особливой скромности этих головщиков. Были в русских княжествах монастыри, в которых пели лучшие церковные хоры, в которых сосредотачивались наиболее опытные хоровые мастера и делатели вроде Федора Крестьянина, Федора Лукошко, Ивана Носа, братьев Роговых и других. А значит эти места естественно становились центрами обучения и передачи опыта.

2 Так же поступали руководители светских хоров. Например, А.В. Свешников или А.В. Александров сразу звонили Ворошилову, если до них доходил слух о замечательном теноре в молдавской капелле или басе-профундо в сибирском хоре. Этим звонком они обеспечивали не только приезд в Москву обладателя редкого голоса, но гарантировали для него скорое получение московской квартиры и прочих столичных бытовых удобств.

3 Ныне митрополит Таллиннский и Эстонский.

4 Какое замечательное слово – получатели блага, т.е. язык, понятный государственному чиновнику, работнику фонда, называет наш конечный результат благом. Это чудесно! Мы ведь тоже так считаем.

5 Директор иерей Александр Лаврухин, физик и регент, руководитель Мужского хора ДПХС «Царевич»

6 Регент, руководитель ДПХС «Царевич», кандидат искусствоведения, член Союза писателей России, член Правления Московского музыкального общества.

7 Регент, дирижер, заведующий кафедрой театральной постановки АХИ им. Попова (Москва)

8 Регент, церковный композитор (Минск)

9 Регент, преподаватель литургики ПСТГУ, СДА, ПДС (Москва)

10 Регент, руководитель Камерного хора «Октоих» (Амстердам)

11 Регент, врач (Храм Покрова РПЦЗ, Чикаго)

12 Регент (собор Александра Невского, Париж)

13 Регент, иконописец (собор иконы Божией Матери Всех скорбящих радосте, Сан-Франциско)

14 Регент (храмы Благовещенья в Петровском парке, свт. Митрофания Воронежского)

15 Преподаватель вокала, главный консультант Молодежной программы Большого театра

16 Куратор проекта

17 Создатель и администратор сайта Русские регенты

18 Координатор, преподаватель и заведующий учебной частью ДПХС «Царевич»

19 В итоге родилась идея летней школы, которая будет состоять преимущественно из индивидуальных уроков. Об этом чуть ниже.

20 Это любимое выражение о себе регента Синодального хора В.С. Орлова. И все-таки тот факт, что хор сразу на первой же спевке еще не в полном составе запел как следует, подтвердил состояние церковного пения на местах – не все так скверно, у людей есть образование и навыки, но они тянутся расширить собственные горизонты, больше раскрыть собственный творческий потенциал. Или к нам приехали лучшие регентские силы страны?

21 Нечто подобное я застал в Краснознаменном ансамбле песни и пляски имени Александрова. Будучи ребенком, в 1960-е годы я ежедневно присутствовал на спевках ансамбля, где наблюдал работу К.П. Виноградова – выдающегося мастера-хормейстера. Он совершенно не разрешал форсировать звук, а добивался полетности, серебристости и легкости в хоре, в котором отнюдь не было мальчишеских голосов. Значит дело было не в них, а в общем принципе формирования хорового ансамбля. В том же ключе работал с хором руководитель ансамбля, сын его основателя Б.А. Александров. Таких же принципов придерживался Е.С. Тытянко – помощник Виноградова. Очень близко по духу пел первый набор Госхора под управлением Н.М. Данилина, что впоследствии продолжил А.В. Свешников. Так когда-то пела Капелла имени Глинки под управлением М.Г. Климова и Д.А. Дмитревского. Так она поет сейчас под рукой В.А. Чернушенко. Лучшие хоровые дирижеры – это те, кто слышит и любит прежде всего звук тихий, теплый, сердечный, который полнее всего выражает слово. Вот вам и рецепты, друзья мои! Они переданы нам великими русскими хормейстерами, выходцами из церковных хоров. Все они выросли на клиросах, все они выучились на церковном репертуаре, все они наследники своих великих наставников-регентов. Учитесь у них! И тогда будет, что передавать потомкам. И тогда исконная русская традиция церковного хорового пения не прервется и не деформируется вовек!

22 Детективную историю представляет собой обретение мощей праведной Иулиании. Как и планировалось, ее святые мощи были осквернены, вынуты из раки и сданы в местный муромский краеведческий музей. Сданы по описи – каждая косточка была осмотрена, пронумерована и описана. Все по архивному правилу. Но вот минуло советское лихолетье, добилась Владимирская епархия возвращения мощей праведной Иулиании, но получила их без описи, а просто со словами: «Забирайте», т.е. проверка на подлинность и прочие формальности была чуть позже. И что обнаружили те люди, которым пришлось открывать ларец? Никаких косточек, крошечный пакетик с неким веществом, напоминающим пепел. Стали допытываться у музея и выяснилось – один из наиболее оголтелых безбожников-директоров музея решил смешать все косточки, которые получил от бандитских комиссий, занимавшихся изъятием мощей, в один ящик. Возможно ему требовалось больше места на складе, где они хранились. Так или иначе в груде различных частей человеческих останков предстояло определить то, что когда-то составляло мощевик праведной Иулиании. Стали изучать свидетельства и узнали, что в свое время, еще до революции рака с мощами праведной Иулиании горела. Меняли раку, но косточки святой носили на себе следы огня, т.е. были обгоревшими. Именно по этим признакам уже в 1990-е годы были идентифицированы мощи праведной Иулиании – рассказываю со слов очевидца, который участвовал в обретении.

23 Одним из результатов семинара стала мысль устроить в Муроме летнюю хоровую церковную школу, совместив ее с заключительным семинаром. Кто знает? Возможно, на наших глазах рождается новая форма реализации певческих проектов?

Источник: сайт Русские регенты

Share
Размещено в новости и отмечено , , , .

Добавить комментарий