Рядом с нами

Быть самим собой, быть человеком всегда, и быть искренним.

Сегодня мы встретимся с учительницей математики, Татьяной Николаевной Казарихиной

-Татьяна Николаевна, вы с детства хотели быть учителем?
— Наоборот, с детства и лет до 20-ти я хотела быть чисто математиком, технарем, ученым. И в этом я была точно уверена. Мало того, когда в выпускном классе мы писали сочинение: «кто кем хочет быть», я даже помню фразу, которую я написала: «не знаю, кем я буду, но учителем не буду точно. Из года в года повторять одно и тоже я не смогу». Помню, какие чувства даже я при этом испытывала (смеется).
— Понятно, это похоже на исполнение известной поговорки:  «Если хочешь рассмешить Бога, расскажи Ему о своих планах».
— Да, точно (смеется). А у Бога были на меня другие планы. Так получилось, что я опоздала тогда на вступительные экзамены на мехмат в МГУ. И  чтобы не терять год,  поступила на математический факультет в педагогический университет (на тот момент он был институтом) с мыслью через год перепоступить на чисто математическую специальность, но через год уже не захотелось ничего менять — я поняла, что нашла свое, от чего получаю радость до сих пор.
— А что там, в институте произошло, что отношение  профессии учителя изменилось?
— Практика. Вдруг само собой получилось. Не знаю, каким образом. Я чувствовала детей, и они чувствовали, что я от них хочу. И настолько этот процесс меня увлек, что получаю радость от этого до сих пор.
— Что было после университета?
— Сразу после окончания университета (это было ровно 20 лет назад) я приехала в гости на Кавказ, и меня знакомые попросили попреподававать там в школе, пока они не найдут учителя. Мне достались 4 «горячих» седьмых класса, очень шустрые дети. Но через 3 месяца начались боевые действия в том регионе, и надо было оттуда уходить.
— Тяжело было справляться с горячими семиклассниками?
— Забыть их, конечно, не возможно. Нервы они трепали мне капитально (смеется). Они шустрые такие. Я только начинала учить. Хотелось, что бы все как положено, сели-встали, а тут по сорок человек в классе, собрать их  внимание, чтобы все занимались именно математикой и не отвлекались ни на секунду весь урок, было трудно.
— И как удавалось?
— Не удавалось, конечно, ну с переменным успехом.
— А что вы делали, чтобы урок становился интересным?
-Не знаю, с каждыми по-разному
— Как помочь полюбить такой предмет, как математика?
— мне кажется дети любят тот предмет, который учитель сам любит. Если учитель весь в своем предмете, то и ученики его любят, даже если у них нет склонности.
— Был ли в жизни такой случай, когда казалось, все ужасно, ничего не получается.
— Нет, таких не было.
— А самый тяжелый  ученик, с которым не знали, что делать?
—   Не было, пока не было все прекрасные…( подумав), нет, может еще впереди.
— А были ситуации, когда вот ты не знаешь, как разбудить эту душу?
— нет, а у меня принцип. Я им даю выбор.
— Какой?
— Например, если что-то, это их выбор. Если они упираются, обрисовываю ситуацию,  дальше уже принимают свои решения. Я вам сказала свое мнение, дальше ваш выбор.
— Случай, вспоминая, который вы подумали: «как  хорошо, что я учитель».
— Много. Вот, кстати, те самые горячие семиклассники, которых я одну четверть учила математике на Кавказе. Через много лет эти школьники, будучи взрослыми тетями-дядями нашли меня в соцсетях, оказывается они регулярно встречаются и обязательно на этих встречах вспоминают наши уроки математики. Как они запомнили и как меня нашли, до сих пор остается загадкой.
— Расскажите, когда там на Кавказе начались военные действия и вы еще не уехали, были случаи, когда вам было по-настоящему страшно? (Речь идет о северной Осетии и событиях 2008года)
(сначала Татьяна Николаевна запретила  публиковать этот случай, но потом, к счастью, передумала)
— очень удивительно бывает, знаете, когда такие ситуации возникают, ты порой ведешь себя совсем неожиданно, и возникают чувства, казалось, которых ты не ожидаешь от себя. Я была на рынке, и вдруг объявляют: «Рынок заминирован, срочная эвакуация». И вот в любой момент может грянуть взрыв. И я совсем не ожидала от себя, что я буду чувствовать именно так. А в голове моей совершенно четкие, как будто и не мои возникают мысли. » Так, если я сейчас пройду здесь, и будет взрыв именно в этот момент, то меня завалит обломками, если я пойду сюда, и начнется паника, меня обязательно задавят, и идти в этом направлении точно нельзя. Я никак не ожидала, что в моей голове вот так все будет вспыхивать, такими жутко логическими заключениями.
— Взрыв был?
— Нет, к счастью в тот раз не было. Но какие люди там живут. Как они просто с этими постоянными терактами уживаются, и не сходят с ума. Это поразительно, простые люди, и дети, и женщины, и старики.                                  — Чем вы любите заниматься в свободное время?
— Танцы.
— Ого, а какие?
— Бальные, спортивные бальные и исторические.
— Выступаете где-нибудь?                                                                                                                                                             — Выступаю. В кремлевском дворце выступали.
— Под какую музыку больше всего любите танцевать?                                                                                                                 — Вальсы, самые любимые — это вальсы. Можно танцевать их просто без остановки.
— Давно пришли в нашу школу?
-5 лет назад. До этого было три, одна, когда училась в аспирантуре, одна на Кавказе немножечко и лицей при МИФИ. Но там везде я максимум год была.
— Чем нравится в нашей школе преподавать?
(задумавшись)… дети
— Они чем-то особенные?
-Ну, для меня, да.
-А чем?
— Вот знаете, один показательный момент был, когда меня уговорили каким-то образом  в Богослово съездить. С тех пор не могли они уговорить. Мне одного раза хватило (смеется). Не знаю, как они выдерживают эти три недели в таких условиях полевых, ну практически максимально приближенных к боевым…Был футбольный матч. Наши ребята, которые в школе считались отпетыми хулиганами, просто отпетыми, хулиганы высшей пробы. И вот матч у них идет с другой командой, и какой-то у них конфликт возник на поле, а были виноваты не наши ребята. И вот они протягивают руки и говорят, ладно, все нормально, давайте дальше. И видно, что это их подход, чтобы решить проблему, та команда ни в какую, у них мат-перемат, а вот наши, пусть и хулиганы, но какой-то здоровый стержень у них есть, даже если он может когда-то искривляться, но он есть
— Вы так очень по-математически проанализировали эту ситуацию.
(смеясь). Да, наверное. Но вот это был какой-то для меня ключевой момент. Меня это поразило, казалось, такие мальчишки, в такой ситуации надо обидеться, а они просто руки протянули: » ну ладно, забыли, поехали дальше играть». Это изнутри идет. Здесь дети, даже если нахулиганят, натворят что-то, ну от этого никуда ни деться, они сами знают, что это нехорошо, чувствуют душой. И это мне здесь очень нравится. Можно хоть как-то к совести взывать. (Смеется). Это еще работает.
— Есть любимые ученики?
— Да, есть. Хотя я говорю, что нет, но внутри есть.
— Почему они становятся любимыми, откликаются больше на то, что даете им?
— Нет. Самое интересное, что наиболее любимые — самые хулиганистые и башковитые. Вот удивительно, но не люблю послушных. Я сама была непослушной в школе. Наверное, потому мне такие люди и близки. Я не из тех, кто будет просто делать что-то, потому что надо. Я должна понимать, для чего это надо. Почему, к примеру, вы меня просите находиться в этих условиях. Поэтому я всегда старалась объяснять, если нельзя что-то, то почему, чем это обусловлено. Мне нравятся живые люди, не такие, которые считают: так надо, потому что так надо. Но которые может и бунтуют, потому что чего-то не понимают, но когда им объяснишь, они принимают, да здесь надо согласиться.
-Вы показываете им, что они ваши любимые ученики?
— Стараюсь не показывать. У меня такой принцип. На занятиях мы можем все, что угодно. На контрольных и на экзаменах отключаем эмоции все. Вот по факту: сдал или не сдал. Никакие личные плюсы и минусы твои здесь не учитываются. Как правило, даже тех, кого больше любишь, больше зажимаешь, потому что понимаешь, что они могут дать больший результат.
— Они не обижаются?
— Нет. Я же им все прямо говорю и объясняю, почему. Я делаю это, потому что знаю, к какому результату хочу вас привести. Либо вы доверяете мне, либо нет.
— Любите спорт?
— Да.
— Какой самый любимый вид спорта?
— Всегда нравилась легкая атлетика, бег. Из игровых — баскетбол. Сама играла, хотя была раньше очень низенького роста,  и даже с моим маленьким ростом (смеясь) меня брали в команду баскетбольную. Ну и волейбол еще. Но больше мне нравилось бегать. Получалось неплохо бегать на короткие дистанции.
— Чем еще любите заниматься для себя?
— Люблю что-то новенькое изучать, например, языки программирования. Но наверное, это не считается, (смеется). Это очевидно к профессии относится.
— Ну, если это ваше любимое занятие в свободное время, то нет. Самая-самая любимая художественная книга.
— Братья Карамазовы. Мне вообще очень нравится Достоевский.
— За что?
— Не знаю, наверное, за то, что получается переживать, когда читаешь.
— Кто из героев самый любимый?
— Алешенька, конечно (смеется). Кто же еще, такой искренний. Правда и старшие братья тоже интересные, как личности.
— Самый любимый фильм, который можно пересматривать много раз.
— «Старшина». Вот удивительно, много любимых, но этот особенный. Мне очень близко отношение героя к своим подопечным. Иногда, когда очень устаешь, хочется все бросить, посмотришь его, и силы появляются. Вот, например фраза там есть: » Наконец-то мы его перевоспитали, он стал человеком. — Ты думаешь, это мы его перевоспитали? -А тут уже не поймёшь, кто кого» (смеется).
— Это и в школе так,  мы друг друга перевоспитываем: учителя детей, дети нас.
— Да, вместе работаем (улыбается).
— О чем мечтаете?
— А я не знаю. У меня сейчас знаете, такой период, наверное, в жизни, хочется просто жить. Я, наверное, дошла до той кондиции, когда надо получать радость не от того, что было, не от того, что будет, а от того, что есть. И сейчас получаю радость от этого.
— Последний вопрос: Что пожелали бы всем читателям, и взрослым, и детям?
— Быть самим собой, быть человеком всегда, и быть искренним.

Share
Размещено в Выпуск 1.

Добавить комментарий